Телефоны для связи:
(044) 256-56-56
(068) 356-56-56
» » МИСТ нокаутировал БРИК?

МИСТ нокаутировал БРИК?

03 январь 2019, Четверг
81
0
МИСТ нокаутировал БРИК?Интересная статья появилась в немецкой газете «WirtschaftsWoche Heute». 

Называется она: «На смену БРИК приходит МИСТ» 
Ее главный смысл в том, что ожидания экономического «чуда» от четырех крупнейших развивающихся экономик мира – Бразилии, России, Индии и Китая – не оправдались. И аналитики делают ставку на другую быстрорастущую четверку: Мексика, Индонезия, Южная Корея, Турция, т.е. – МИСТ. Причем, автором этой аббревиатуры является тот же человек, что придумал и запустил акроним БРИК: главный экономист компании Goldman Sachs Джим О’Нил. 

Но являются ли они на самом деле новыми моторами роста? Или это всего лишь маркетинговый прием для привлечения инвестиций? Теперь компания Goldman Sachs делает ставку не на страны БРИК, а на страны МИСТ (Mist). 11 лет назад главный экономист компании Goldman Sachs Джим О'Нил (Jim O'Neil) придумал акроним БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай) и тем самым ввел в оборот броский общий термин для четырех стран с развивающейся экономикой, которые, по его мнению, вплоть до 2050 году будут все больше доминировать, а вложенные в них инвестиции - приносить доход. 
И он имел успех - в своем фонде БРИК компании Goldman Sachs удалось собрать 410 миллионов долларов. Другие банки и управляющие компании также успели прыгнуть в поезд под названием БРИК: в период с 2001 по 2010 год они вложили в фонды БРИК в общей сложности 67 миллиардов долларов. 

Не случайно продвижение вперед стран БРИК нашло свое отражение и в международной политике. Встречи в верхах G8 с 2009 года стали событиями второго ранга, так как старые экономические державы в одиночку уже не обладают необходимой силой для преодоления финансового кризиса. Глобальные решения принимаются теперь на встрече G20, на которой страны с развивающейся экономикой, возглавляемые Китаем, Бразилией и Индией, играют теперь решающую роль. 
Однако уже в прошлом году инвесторы вывели 15 миллиардов долларов из фондов БРИК. Причина: страны БРИК стали демонстрировать слабость. И Джим О'Нил, возглавляющий в настоящее время компанию Goldman Sachs Asset Management, теперь уже не срывает «разочарования» по поводу своих бывших звезд. Они не показывают в настоящее время те результаты, которые он обещал себе и своим инвесторам. 
Экономический бум Бразилии, к примеру, пошел на спад уже в прошлом году, а в этом году экономика страны практически стагнирует. При этом компания Goldman Sachs предсказала на следующее десятилетие для этой крупнейшей страны Латинской Америки средний рост на уровне не менее 5% в год. Но уже в прошлом году этот показатель составил всего 3,3%. «Для того, чтобы Бразилия выполнила наши предсказания, она должна повысить темпы роста», - заявил О'Нил. 
Больше всего разочарован этот специалист из Goldman Sachs современным экономическим развитием Индии.  Не в последнюю очередь потому, что этот субконтинент, по его мнению, «в долгосрочной перспективе имеет самый высокий потенциал роста среди четырех стран», однако в настоящее время он показывает слабость. Только Россия и Китай, по мнению О'Нила, еще не сошли с дистанции. Россия даже позитивным образом его удивила, продемонстрировав 4,9% роста в первом квартале этого года. Китай, по его мнению, мягко планирует в сторону предсказанных на следующее десятилетие показателей роста порядка 7,5% и 8%. Двузначные показатели роста остались в прошлом. 

Однако Джим О'Нил больше не переживает по поводу слабости своих бывших звезд. Вместо этого он, как волшебник, достает из шляпы новый красивый акроним МИСТ (Mist: Mexiko, Indonesien, Suedkorea, Tuerkei - Мексика, Индонезия, Южная Корея, Турция). Кстати, все они уже являются членами группы G20, и теперь именно с ними он связывает свои новые надежды. Эти четыре государства составляют три четверти принадлежащего Goldman Sachs фонда Next-11, показатели которого в этом году растут на 12%, что примерно в четыре раза больше, чем в фонде БРИК этой компании. 
Однако, команда стран группы МИСТ страдает от того же недостатка, что и члены БРИК - они слишком различны. Здесь и богатая сырьевыми ресурсами Индонезия, а также экспортное чудо Южная Корея, которая в рамках МВФ причислена к новым индустриальным странам Азии и уже давно выросла из детских штанишек стран с развивающейся экономикой. Эта страна имеет внутренний валовой продукт на душу населения в размере $23 700, и, естественно, она уже не может расти так же быстро, как Индия, где ВВП в пересчете на одного человека составляет одну шестнадцатую часть этой суммы. Но подобного рода структурные особенности не останавливают О’Нила. Вместе с тем, по его мнению, страны БРИК и страны МИСТ следовало бы сравнить с точки зрения их подверженности политическим рискам и их шансов относительно спокойного развития. 
С точки зрения долгосрочной перспективы, политическая нестабильность может представлять собой самый большой фактор риска, о чем свидетельствует события последних лет. Однако сделать такого рода прогноз крайне сложно. Волнения и революции, произошедшие в последнее время в арабских странах, а также в конце существования восточного блока, по большей части были непредсказуемыми и неожиданными. Такого рода события в разной степени могут затронуть прежде всего такие страны как Китай, Россия, Индия и Южная Корея, тогда как Бразилия , Мексика, Индонезия и Турция представляются в меньшей степени подверженными подобного рода рискам. 
Больше всего подвержен политическим рискам Китай. Пока еще не ясно, сможет ли Китай совершить в конъюнктурном плане мягкую посадку, но намного более важным является вопрос о том, сможет ли Китай совершить постепенный переход от диктатуры Коммунистической партии к демократическим общественным структурам. Если этого не произойдет, то рано или поздно возникнет опасность взрыва. Даже если авторитарным странам на какое-то время и удается быть в экономическом отношении успешными и тем самым успокоить население, в долгосрочной перспективе благосостояние без большего участия населения просто немыслимо. 
По-другому складываются политические риски в Индии и Корее. Индия любит провозглашать себя крупнейшей демократией в мире, и там на самом деле происходит смена правительств. Однако озабоченная только своими собственным интересами политическая элита демонстрирует свою неспособность в решении проблем коррупции и бедности, тем более при хроническом и значительном дефиците бюджета. Это приводит к постоянным волнениям, а повстанцы в последнее время в некоторых частях страны вообще лишили государство монополии на власть. 
В отличие от этого, в Южной Корее после окончания военной диктатуры был достигнут большой прогресс в области демократии и экономики. Однако над всем этим, как раскачивающийся дамоклов меч, нависла совершенно непредсказуемая Северная Корея. И даже в случае мирного воссоединения, как это было в Германии, оно не произойдет без определенных волнений. Количество населения в Северной Корее примерно в два раза меньше, чем в Южной Корее, тогда как в Германии это соотношении было один и четырем, и, тем не менее, Германия предпринимала и продолжает прикладывать огромные усилия для того, чтобы справиться с возникшей нагрузкой. 

Клаус Метфессель, автор статьи, отмечает, что высокая экспортная зависимость сырьевого сектора БРИК (Россия 80%, Бразилия более 60%) при падающих ценах на сырье может оказатися фатальной. Именно это, вероятно, произойдет в следующем десятилетии, поскольку нежесткая валютная и долговая политика Запада не может долго продолжаться в таком виде, тогда как темпы роста будут снижаться во всем мире. 
Есть и оборотная сторона высокой зависимости от сырьевого экспорта: пока с ее помощью удается сравнительно легко зарабатывать валюту для финансирования импорта, правительства мало уделяют внимания международной конкурентоспособности в промышленности, а также при создании конечного продукта. В результате эти страны в незначительной мере включаются в мировую экономику и не пользуются преимуществами международного разделения труда.
Так, например, Россия совсем недавно, на десять лет позже Китая, стала членом ВТО, и теперь ее экономика будет испытывать давление со стороны конкурентов. Бразилия также защищает свою экономику с помощью высоких таможенных тарифов. Поэтому она не является конкурентоспособной на мировом рынке, а доля ее экспорта в общем объеме производимой продукции находится на уровне ниже среднего и составляет примерно 10%. 
Экспорт Индии также незначителен - 12%, однако, в отличие от зависимой от сырья Бразилии, две третьи индийского экспорта все же составляют промышленные товары. Но это слишком мало, что приводит к хроническому дефициту баланса по текущим операциям, и этот показатель у Индии является самым высоким среди четырех стран БРИК. 
Конкурентоспособной экономикой обладает на международной арене Южная Корея (доля экспорта 43%, преимущественно промышленные товары). На верном пути - и это большая неожиданность - находится Мексика, восприятие которой в Германии искажается страшными сообщениями о войне наркодилеров. При этом Мексике есть что показать: доля ее экспорта составляет примерно одну треть общего показателя экономики, а доля промышленных товаров при этом с 1985 году увеличилась в четыре раза и сегодня составляет 60%. Доля сырой нефти в экспорте сократилась с 9/10 до 1/10. 
На международной арене чемпион мира в области экспорта Китай имеет отличные показатели. Доля экспорта этой коммунистической страны в настоящее время составляет одну четверть, и это преимущественно промышленные товары. На первый взгляд то же самое можно сказать о Турции, экспорт которой составляет 20%, и в нем высока доля промышленных товаров. Однако этот показатель нивелируется большим дефицитом баланса по текущим операциям, который в последнее время составляет почти 9% ВВП. Очевидно, что Турция пока еще не находится на устойчивом пути развития и постоянно зависит от импорта капитала. 

Проигравшая страна – Россия, которая без своих сырьевых богатств в экономической области и без своего ядерного арсенала в политической сфере не была бы мировой державой. Шансы на процветание Россия имеет только в случае сохранения в течение длительного периода времени высоких цен на сырье. 
В долгосрочной перспективе рост населения играет весьма важную роль в том, что касается роста рынка. Его привлекательность определяется не только его абсолютной величиной, но также и развитием потенциала использования рабочей силы. Согласно прогнозам, численность населения Южной Кореи составит к 2050 году 44 миллиона, и это незначительный рынок. Даже если к тому времени она объединится с Северной Кореей, Южная Корея останется самым маленьким с точки зрения населения государством среди рассматриваемых нами восьми стран. Согласно прогнозу банка HSBC, эта страна к 2050 году опустится на две позиции ниже и займет 13 место в списке крупнейших экономик мира.
Население России в ближайшие 40 лет сократится примерно на 25 миллионов человек, тогда как население Китая и Бразилии будет увеличиваться, хотя и более медленными темпами.
С точки зрения демографии лучше всего ситуация складывается в Индии, Мексике и Индонезии, которые могут к 2050 году улучшить на пять позиций свое положение в списке индустриальных держав, а также Турция, которая поднимется даже на шесть мест и опередит таким образом Южную Корею, население которой в два раза меньше.
Итак, победители , с точки зрения автора статьи это - Мексика, у которой нет слабых показателей ни в одной категории, и в меньшей мере Турция. Позитивно позиционируются также Индия, Южная Корея и Китай, если они смогут справиться с политическим рисками. Индонезия имеет значительное количество населения и большие запасы сырья, и поэтому есть опасность того, что она не будет уделять должного внимания развитию конкурентной на мировом рынке экономики. Поэтому автор поместил эту страну в середину. Положение дел в Бразилии в последнее время должно послужить предупреждением - вот что может произойти, если не развивать соответствующим образом экономический потенциал. 
То, что «экономические гении» из Goldman Sachs сами корректируют свои прогнозы, еще раз подтверждает мнение скептиков: давать долгосрочные прогнозы в нынешних условиях, это как угадывать пол ребенка по картам. Или по звездам. Можно ошибиться, а можно и угадать. 
Единственное, что можно сказать однозначно: названные О’Нилом четыре страны действительно имеют все шансы стать «мотором экономического развития». Или, как минимум, предпосылок, чтобы занять это место, у них больше, чем у других. 
Взять, к примеру, Индонезию. – темпы мпы роста экономики Индонезии подбираются к Китаю и скоро его опередят. Так, в 2010 г. индонезийская экономика увеличилась на 6,1%, в прошлом году на 6,5%, а в этом ожидается больше 7%. МВФ и Всемирный банк прогнозируют, что к 2015 году рост индонезийской экономики может достичь 8%. При этом драйвером является не дорогая нефть или дешевые кредиты, а рост потребления – один из самых мощных стимулов развития экономики. Страна обладает четвертым по численности в мире (248 млн.) молодым населением, готовым работать не покладая рук. 
Турция также отличается завидным трудолюбием. А весь поток украинского металлолома идет прямиком в Турцию. Турки не только выплавляют металл и «хороводять» туристов. Они выпускают неплохую электронику, мебель, сантехнику, строительные материалы, продукты питания. Не говоря уже о ширпотребе. И успешно реализуют принцип «купуй турецьке!». Между прочим, мы отдыхали весной в Турции, помню, что в четырехзвездочном отеле в Стамбуле мы не нашли ничего импортного. Вся мебель, телевизоры, текстиль, двери, люстры и даже декор были турецкого производства. Нам бы так! 
С Южной Кореей вопросов и вовсе не возникает. Один «Самсунг» чего стоит. Азиатский тигр давно бы задавил всех, если бы не подкосивший его несколько лет назад масштабный кризис. Теперь Южная Корея, похоже, обрела второе дыхание и пошла на прорыв. 

Единственная страна, о которой мы знаем мало (и в основном по американским фильмам), – это Мексика. Из-за дороговизны туристических поездок в ней мало кто побывал. Сомбреро, Акапулько и текила – это классический максимум информации о Мексике, которой обладает средний украинец. Но полагаю, что близость к США, повышение образовательного уровня населения и борьба с коррупцией и наркодилерством должны были положительно сказаться на развитии страны. Видимо, так оно и произошло. 
Жаль, что в новой компании нет «перспективной» Украины. Хотя это не означает, что Украине закрыт путь в клуб стран, обреченных на успех. Возможно, еще не настало наше время. 
Обсудить
Добавить комментарий
Комментарии (0)