Телефоны для связи:
(044) 256-56-56
(068) 356-56-56
» » Олег Устенко: "Украина никогда не сможет стать членом Таможенного союза"

Олег Устенко: "Украина никогда не сможет стать членом Таможенного союза"

24 декабрь 2018, Понедельник
83
0
Олег Устенко:Разговоры о том, что Украина рассматривает для себя возможность интеграции с Таможенным союзом России, Белоруссии и Казахстана продолжаются чуть ли не с начала президентской кампании Виктора Януковича, только усиливаясь в преддверии больших государственных визитов. 

Так, во время последнего визита в Киев российский премьер-министр Владимир Путин утверждал, что Украина в Таможенном союзе могла бы существенно экономить на газе. "Просто нужно сесть с калькулятором и посчитать, выгодно или нет, - призвал он. - Здесь нет никакой политики". О том, имеет ли смысл эта интеграция, и какие выгоды (или трудности) она может принести нашим странам мы поговорили с исполнительным директором Международного фонда Блейзера Олегом Устенко. Беседовала Марина Щербакова.

Мы продолжим разговор о перспективах этого союза для Украины. В ближайшие дни читайте интервью с российским экономистом Александром Аузаном.

Существует ли перспектива вступления Украины в Таможенный союз?

Я не вижу такой перспективы. Это выгодно России – как в геополитическом, так и в экономическом отношении. В геополитическом  – Украина со своей политической системой (полиархией) и реальным политическим процессом является жестким раздражителем Кремля, начиная еще с 2004 года. В экономическом – это, прежде всего,  решение проблем транзита газа и возможность получить доступ к наиболее привлекательным украинским активам по упрощенной схеме. 
Но вот самой Украине это вряд ли выгодно, по крайней мере, в среднесрочной и долгосрочной перспективе. И поэтому в украинских элитах есть молчаливый консенсус, что вступать в Таможенный союз нет необходимости. В качестве компромиссного варианта особых отношений Украины с Таможенным союзом была придумана и озвучена Януковичем формула "3+1", хотя российскому руководству она, похоже, не очень нравится.

Действия российского руководства носят, безусловно, политическую окраску. Они не являются неожиданными, поскольку еще месяц назад премьер Путин заявил, что если Украина выберет путь заключения Соглашения о зоне свободной торговли с ЕС на тех условиях, которые не устраивают Россию, то могут быть введены дополнительные ограничения. Тогда он конкретно назвал, что они, например, могут касаться ограничения экспорта украинской трубной продукции. Поэтому сейчас мы имеем реализацию этого предупреждения.  В середине мая Россия ввела ограничительные меры, на ряд украинских товаров, включая трубы малого диаметра и химволокно. 

Как предлагал Владимир Путин, "давайте посчитаем с калькулятором": вступление в Таможенный союз может принести украинской стороне какие-то выгоды?

В Украине считают, что такие выгоды могут быть, но они кратковременны и неочевидны. Например, российская сторона озвучивает, что возможный объем экономии на энергоресурасах для Украины при вступлении в Таможенный союз может составить порядка  8 млрд. долл. в год. Но потом озвучиваются уже другие цифры -  от 2 до 10 млрд. долларов.  Конечно, вызывает сомнение  вообще наличие каких-либо  расчетов по данному вопросу  в РФ.  Более того, все прекрасно понимают, что "Газпром" отнюдь не благотворительная организация. В какой-то момент,  будучи политически мотивированным, он может дать скидку на газ. Но тоже правда, что эта скидка будет дана на какой-то определенный и ограниченный период времени. Никто и никогда не будет поддерживать чужую экономику за счет средств  своих собственных налогоплательщиков, без наличия четко выраженного "неэкономического" интереса. Россия в данном случае – не исключение. Тем более, что при любом раскладе у  России есть механизмы снижения уровня подобной "благотворительности"  для Украины в будущем. Например, всегда можно увеличить отпускную цену на газ для своих собственных российских потребителей,  при этом параллельно подняв цену для "импортеров-льготников". Позже можно компенсировать российским потребителям разницу в повышении цены при помощи налоговых льгот, субсидий и еще целым рядом инструментов.  Кроме того, не забывайте, что эксперты энергетического рынка уверены - в среднесрочной перспективе цены на газ на внутреннем рынке РФ будут подняты. 

Т.е.  Украина может попасть в ловушку Таможенного союза уже через несколько лет, платя по европейским ценам?
Это абсолютно реальная перспектива, эксперты утверждают, что сегодня заниженная российская цена на газ является искусственной. Она основывается на том, что не в полной мере учитываются затраты на социальную инфраструктуру в местах добычи, на экологию и т.д. Если бы учитывались эти расходы, то никакой льготной цены в России и на внутреннем рынке не существовало. Этот сценарий реален,  и учитывать в наших планах сохранение  на длительный период каких-то льготных режимов по доступу к российским энергоносителям - не стоит.
 
Если посмотреть с другой стороны, какие выгоды получает Россия от вступления Украины в Таможенный союз?
Если Украина вступит в Таможенный союз, Россия получит в перспективе возможность реального и системного политического влияния в стране. Сейчас же российское влияние в Украине осуществляется либо благодаря "добровольным симпатикам" в рядах украинской власти, либо благодаря жестким атакам – вроде "газовых" войн. 

Россияне это прекрасно понимают, потому что все это происходит на фоне существенного повышения цен на газ. То есть, это двойной удар по нашей металлургической промышленности. С одной стороны, растут издержки, с другой – сокращаются рынки сбыта. И может сложиться так, что все производство в целом станет нерентабельным. Дальше кумулятивный эффект идет на бюджет, потому что предприятия являются крупными налогоплательщиками, а там и без этого перегруженность внешними долгами. Таким образом, образуется цепочка негативных последствий. Потому эта мера не такая безобидная. Может быть заложен и такой сценарий, что в какой-то мере это обесценит какие-то активы и заставит украинских собственников их продавать.  А россияне будут иметь громадные ресурсы, и скупать активы по выгодным для них ценам.  

Также крупные российские корпорации получат возможность влияния на стратегические украинские отрасли и предприятия. Поскольку в России политика и власть – это близнецы-братья, и одно не существует без другого, то экономический контроль рассматривается как средство политического контроля. Если западные инвесторы в Украине занимаются именно бизнесом, то большинство российских инвесторов, учитывая связь российского крупного бизнеса и власти, рассматривают Украину, прежде всего, с точки зрения установления контроля над стратегическими предприятиями. Среди таких, например, тема объединения «Нафтогаза» и «Газпрома».  Есть две логики такого объединения. Одна логика (украинская) – это логика кооператива: один участник – один голос. Сливаемся, но 50 на 50. Другая логика (российская) – это логика акционерного общества или LTD: в таком раскладе украинские и российские активы соединяются как 90 на 10. Фактически это означает установления контроля  «Газпрома» над украинской газотранспортной системой.

Бизнес, как в России, так и в Украине против таких ограничений, и он, скорее всего, будет лоббировать свои интересы, чтобы отказаться от этого сценария.
Подобного рода торговые ограничения кажутся  странными, тем более, что они сработают только в краткосрочной перспективе. С точки зрения стратегических интересов Украины, для нас было бы выгодно перейти на ту систему ценообразования, которая используется в мире, скажем, за вычетом стоимости транзита газа, который идет через территорию Украины. Это бы стимулировало развитие энергосберегающих отраслей, и вообще развитие энергосбережения в экономике и т.д. Не забывайте, что энергозатратность украинской экономики одна из самых больших в мире, она гораздо выше, чем средние показатели по СНГ. Низкая цена на газ фактически консервирует проблемы. Но при любом раскладе, очевидно, что Таможенный союз перейдет на мировые цены и рыночный механизм их установления. 

Особенность и проблемность украинской ситуации состоит в том, что мы находимся между двух важных лагерей. С одной стороны, Европейский Союз, с другой – Российская Федерация и Таможенный Союз. Для нас одинаково важна торговля и с Таможенным Союзом, и с Европейским Союзом. Европейский Союз – это 25% нашего экспорта, СНГ – порядка 35%. 
В СНГ и РФ мы экспортируем продукцию с относительно высокой добавленной стоимостью, которая дает возможность лучше себя чувствовать украинскому бизнесу. Доля Российской Федерации в общем товарообороте Украины - 31,7%. Мы очень чувствительны, но они тоже чувствительны к нашему экспорту. 

Общая сума нашего товарооборота с Россией за 2010 год составила 37 миллиардов долларов. Более того, в январе 2011 года Украина переместилась на третье место в товарообороте с Российской Федерацией, до этого мы были пятым торговый партнером России (Китай, Нидерланды, Германия, Италия, Украина). Мы для них колоссально важный торговый партер, равно, как и они для нас. 

Украина - важное место, куда Российская Федерация вкладывает свои прямые иностранные инвестиции. Политики пытаются ставить какие-то ограничения по торговле, но прагматичный бизнес лоббирует свои интересы не только в Украине, Нидерландах или Штатах, а и в Российской Федерации. Не в интересах бизнеса иметь подобного рода ограничения. Поэтому говорить, что это ограничение установлено на колоссально длительный период времени, не приходится.
 
Например, одно из ограничений, которое было введено 19 мая, касается крепежей для машиностроительной продукции. Один из наших важнейших товаров, которые мы продаем в Российскую Федерацию, - это машиностроительная продукция. Она в основном продается в Россию и СНГ, мы не очень-то конкурентны с ней на европейских рынках. А теперь представьте, вы продали машиностроительную продукцию, но не разрешаете продавать крепежи к ней. А что делать тем, кто ее купил? Как можно обслуживать станки, которые уже были закуплены и на которые нет дополнительных деталей? Здесь пытаются вводить политически мотивированные торговые ограничения для того, чтобы создать давление и для украинского, и для российского бизнеса. Это не сможет быть в долгосрочной или даже в среднесрочной перспективе, но это действительно козырная карта, которая может заставлять принимать решения в краткосрочном периоде времени. 

Значит, эти действия – краткосрочная перспектива. Что нас ожидает в долгосрочной? Означает ли это, что будет приостановлен экспорт товаров по некоторым отраслям? 
Думаю, первое, что будет сделано, это поднятие импортных пошлин. У них есть логическое объяснение, которое состоит в том, что они пытаются в рамках Таможенного союза синхронизировать тарифы, которые у них есть по разным странам. Сложность ситуации у них состоит в том, что нужно синхронизировать тарифы между собой, но каждый из них идет в ВТО, и каждая отдельная страна пытается согласовывать свои тарифы с кем-то другим. У них будет ограниченная возможность игры на их поле, им надо вести общую политику переговоров. Не секрет, что основным переговорщиком выступит Российская Федерация, потому что основная доля ВВП Таможенного союза - в России. Это не будет устраивать политические интересы ни Казахстана, ни Белоруссии, потому что это разные экономики. Сейчас они должны будут обсуждать тарифы отдельно с каждой страной-членом ВТО, что буде усложнено. 

Теперь они пытаются синхронизировать тарифы с собой, пытаясь разговаривать и с Украиной по этому поводу. У нас колоссальное отличие тарифов, что является одним из аргументов, почему мы никогда не можем стать членом Таможенного союза. Во-первых, мы являемся членом ВТО, у нас есть согласованные позиции по тарифам со всеми ее членами. Во-вторых, мы пытаемся подписать соглашение о свободной торговле с Европейским Союзом, и снижать наши тарифные ограничения в отношениях с ЕС (равно, как и они пытаются это сделать). В Таможенном союзе тариф на автомобили – 30% от стоимости товара, у нас – 5-10%, на медицинское оборудование у нас 0%, у них – 10%, на золото у нас 2-5%, у них - 20%. Теоретически синхронизировать тарифы возможно, но это дело не одного года. Это является аргументом того, что мы не можем стать членом Таможенного союза, такое быстрое вступление просто невозможно. 

Мы помним "сырные войны", "конфетные войны" Белоруссии и Украины, "автомобильные войны" Штатов и Японии, "винные войны", войны с минеральной водой Грузии и России. У всех есть опыт таких войн, но подобного рода торговые войны – это прошлый век. Сегодня есть более современное "оружие" -  валютные войны – это  очень высокий уровень торговой войны, когда вы можете давить на экспорт или задавливать импорт. Какой смысл вводить ограничения на отдельный вид продукции, когда можно «играть» с валютными курсами? Но вот Россия в валютных войнах совсем не основной гирок. Самые сильные  игроки на мировой арене  это  Китай, Соединенные Штаты Америки, Европейский Союз, Япония и Бразилия. Россия не мелкий игрок, но и не такой крупный, который мог бы влиять на валютную "погоду" в мире.
Обсудить
Добавить комментарий
Комментарии (0)