Телефоны для связи:
(044) 256-56-56
(068) 356-56-56
» » Повседневность, пронизанная политикой

Повседневность, пронизанная политикой

21 февраль 2019, Четверг
59
0
Повседневность, пронизанная политикойВчера в Киевском доме ученых в рамках проекта "Публичные лекции "Полит.ua" выступил украинский историк Сергей Екельчик, ныне преподающий в Университете города Виктория в Канаде. Предметом его лекции стала повседневная жизнь в послевоенном Киеве - тема, которой ученый, по его собственным словам, занимается уже много лет и о которой надеется в ближайшее время выпустить монографию в одном из западных академических издательств.
 
Не заседания Верховного совета, не борьба Хрущева и Кагановича, не партийные отставки и назначения или решения Сталина, а именно жизнь простых киевлян, - в те годы она была пронизана политикой насквозь, не только на работе, но и дома, в быту, рассказал Екельчик. Политика была буквально везде, и у советских граждан, в общем-то, не было даже выбора, участвовать в политической жизни или нет. А пришла она, по словам канадского специалиста, в их жизни сразу после освобождения Киева от фашистов 6 ноября 1943 года. И хотя многие горожане еще не успели вернуться в столицу (Хрущев напишет потом в своих мемуарах, что они шли по Крещатику и слышали "эхо своих шагов"), уже на следующий день в Киеве были организованы торжества в честь годовщины Великой Октябрьской социалистической революции. Люди приветствовали советскую власть, заметил Екельчик, поскольку понимали, что власть ждет от них этого.

Впрочем, - и эта мысль четко прослеживалась во всем выступлении историка, - это понимание, что власть ждет, что участвовать в политике нужно, и не только потому, что за отказ непременно арестуют или посадят. "Сталинский режим держался не только на силе",  заметил Екельчик. Он держался на работе агитаторов - таких же простых киевлян, чьих-то друзей, соседей и коллег, просивших обязательно прийти на выборы, проводивших лекции и беседы о политической жизни в стране и мире…
Кстати, что любопытно, масштабных фальсификаций во время выборов в сталинские годы не было: вопреки стремлению некоторых нынешних политиков сравнивать неразбериху во время очередного парламентского или президентского плебисцита со сталинским тоталитаризмом, тогда вбросы составляли, по данным Сергея Екельчика, едва ли 3-4% и объяснялись прежде всего необходимостью показать результат, чуть больший, чем на предыдущих выборах, ну, и, конечно, продемонстрировать стопроцентную поддержку "отца народов", если тот иной раз выставлял свою кандидатуру. Вбрасывать за других кандидатов не было необходимости: при повальной явке низкие результаты тех или иных партийных товарищей, наоборот, становились поводом для анализа и свидетельствовали о проблемах в их работе. 

С забавным случаем протестного голосования исследователь столкнулся в случае с Тычиной. В одном из бюллетеней, когда тот баллотировался, кто-то написал: "Не буду за него голосовать, он бандеровец", а в другом - фамилия была зачеркнута и подписано: "Степан Бандера".
 
Протестное голосование, как показал анализ историком архивных материалов тех лет, конечно, имело место быть, хотя и не значительное. Попадались бюллетени, в которых кто-то писал, что "ненавидит Сталина", иногда в урны бросались анонимные письма, в которых киевляне жаловались на недостаток хлеба, на голод, редко были заявления, что "при царе жили лучше", но о политике писали значительно реже, нежели о бытовых и экономических трудностях. А уж тем более не жаловались на недемократичность режима. Екельчик привел лишь один случай (правда, не связанный с выборами), когда во время политинформации один человек позволил себе высказаться, что в Англии, мол, при Черчилле-то у них демократия настоящая, не то, что… С человеком, понятное дело, разбирались уже компетентные органы.

Политинформация вообще занимала огромное место в жизни обитателей украинской столицы: особенной популярностью пользовались лекции о международной политике. Оно и понятно: город только что пережил войну и оккупацию, и страх перед новой катастрофой был неизбежен. Так, летом 1945 г., после солнечного затмения, по городу ползли слухи, что кусок светила вот-вот упадет на землю, и горожане резонно интересовались об этом у агитаторов… А в 1948 г. поводом для таких же вопросов стали слухи о скорой войне с Америкой - твердят же все вожди об "американском империализме".

Не менее значительную роль в жизни киевлян играли и газеты: их покупали, их читали, их обсуждали. Екельчик даже поделился с гостями лекции по-своему забавной историей из 1946 года, когда милиция арестовала двух киоскеров, пытавшихся… сбыть утренние газеты по цене, в шесть раз превышающей настоящую. Причем, "горе-коррупционеры" вначале положили в кассу сумму, которую они выручили бы за продажу газет без своей наценки, - не украли тираж просто так!.. Кстати, что любопытно газеты в тогдашнем Киеве выходили по-украински, хотя город практически повально говорил на русском языке (украиноговорящие киевляне, по данным Екельчика, составляли едва ли 5%)
 
Как заметил в ходе дискуссии ее модератор, доктор исторических наук, профессор Георгий Касьянов, исследования, подобные тем, что делает Сергей Екельчик, крайне необходимы современной украинской историографии, поскольку они ярко демонстрируют, что режим не мог существовать без социальной поддержки, одним только насилием и кровью.
Обсудить
Добавить комментарий
Комментарии (0)